Сволочь с правами власти

-Разбить блиндажи! – прокричал заместитель комбата Петров, — приказ остановить продвижение, до особого распоряжения!

Рота остановилась в долине. Очередной рубеж был отбит у немецких захватчиков. За последние три дня, красноармейцы продвинулись на двадцать километров вглубь занятой врагом территории.

-Я на инспекцию в соседнюю деревню Мурково! – сказал комиссар, капитан Залепин, — разрешите взять несколько бойцов сопровождения?!

-Берите, капитан! – ответил Петров.

А так получилось, что год назад эта же рота красноармейцев стояла на обороне этой деревни. И этот же комиссар, тогда еще старший лейтенант Залепин, «инспектировал» населенный пункт.

Особист взял с собой четырех бойцов. Один сержант и трое рядовых взяли автоматы, и пошли следом за комиссаром.

Когда они вошли в деревню, их окружили благодарные жители. Сержант Антонеко заметил, что двое стариков как-то странно смотрят на капитана особого отдела и не подходят их благодарить, вместе с остальными.

-Осмотритесь тут! – скомандовал бойцам капитан, — сержант, руководи! Но чтоб, кто-то один всегда был вот здесь, около сельрады!

И особист пошел вглубь деревни. Через несколько минут, отправив бойцов собирать сведения и оценивать обстановку, сержант подошел к двум пожилым мужчинам.

-Здравствуйте, отцы! – поздоровался со стариками Антоненко, — что-то лица у вас невеселые совсем! Или вы не рады, что освободили вас от фашистов!

-Да этому мы как раз рады! – ответил один старец.

-Не рады мы другому… — начал второй, — хорошие люди гибнут, а сволочи живут и растут в звании!

-А ну ка, поподробнее, отец! – попросил солдат.

Старики помолчали и переглянулись буквально на пару секунд. А затем, один из них проговорил:

-А чего тут подробнее?! Этот ваш капитан, в прошлом году еще старлей, позабирал припасов у трех семей, под угрозой ареста!

-Какого ареста?! За что?! – не понял сразу сержант.

-А он бы придумал быстро, за что! – проговорил пожилой мужчина, — забрал у Марковны старые фамильные кольца!

-А у Свасиной Софьи, забрал иконы, передававшиеся по наследству от матери! – проговорил второй, — сволочь, с правами власти!

Антоненко подошел к дежурившему в центре товарищу.

-Пойдем, посмотрим, чем занят наш комиссар! – сказал сержант, — в какую Сторону он пошел?

Солдаты проследовали пару кварталов, миновав ряды старых деревянных домишек. Внезапно, через один дом направо, послышались возмущенные крики.

-Да как я вам отдам эти серьги?! Они принадлежали моей прапрабабушке! – плакала женщина.

Бойцы подошли ближе и увидели, как комиссар проводит «работу» с двумя жителями, прямо на крыльце их дома.

-Последний раз предлагаю! – проговорил капитан – или несите драгоценность, или я пишу в отчете ваши фамилии в графе «пособники полицаев»!

Сержант с товарищем даже не стали его задерживать. Они нашли в деревне двух товарищей, и быстро направились в расположение.

Красноармейцы, во главе с сержантом быстро доложили обо всем комбату и его заместителю.

-Ничего не путаете, бойцы?! – спросил, выслушав полковник, — дело то, нешуточное!

-Да мы бы рады спутать, товарищ полковник, — ответили солдаты, — но сами все видели и слышали. И свидетелей среди местных хватает!

Взвод солдат во главе с комбатом вошел в деревню. У центрального административного здания слышались какие-то крики. Солдаты поспешили туда.

-Чуть не опоздали! – проговорил полковник.

Обезоружив особиста, народ избивал сволочь ногами, осыпая проклятиями…