-Нельзя! – прокричал командир роты, — нельзя, чтобы они доехали к линии фронта!

Советское командование в спешном порядке придумывало способ остановить вражескую колонну, которая везла к передовой снаряды и патроны, а также подкрепление в виде личного состава.

-Придется отправить группу снайперов, чтобы сработали в неглубоком тылу! – встал из-за стола командир стрелкового взвода, потирая волевой подбородок, — иначе просто никак!

И вот, через час старшина Лебедев и лейтенант Огарков уже пробирались через передовую, пока наши основные силы отвлекали противника небольшими артобстрелами и пулеметным огнем.

Пробравшись через долину с высокой травой, снайпера углубились в рощу, которая была уже на территории врага.

-Нужно пройти к дороге, по которой будет двигаться колонна, — проговорил товарищу офицер, — а там определимся с позицией для нанесения удара!

Пройдя через открытое поле, озираясь по сторонам в страхе быть замеченными, двое стрелков прошли в заросли и проследовали вдоль дороги. До прибытия немецкой колонны оставался всего час.

-Смотри, старшина! – показал вперед Огарков, — дорога идет прямо по склону!

Снайперы подняли бинокли и смотрели на склон высокой горы, по которому шла дорога. Отсюда открывался вид на залитое солнцем озеро. Стрелки сразу смекнули, что этот склон является идеальным местом для снайперской атаки. В случае потери управления, грузовик сразу уходил под откос и летел по склону и в кювет.

Они расположились по краям дороги у подножия холма, укрывшись в кустах. Лебедев присел со своей СВМ на колено, а лейтенант лег на живот и положил винтовку на небольшой ствол упавшего дерева.

Колонна появилась через час. Первым шел «кюбельваген» со старшими офицерами колонны. Следом шли три больших грузовика-фургона с личным составом. Они и являлись главными мишенями для снайперов.

Лейтенант взял на прицел кабину первого грузовика, который спускался по склону на расстоянии в 300 метров от их позиции. Заходящее за спиной снайперов солнце отражалось от лобовых стекол, и водителей видно не было.

-Бей по шинам и водителям! – выкрикнул напарнику старший группы, — главное остановить их продвижение!

И после этих слов, зафиксировав прицел на левой стороне лобового стекла, Огарков выстрелил. Лобовое стекло треснуло, и вокруг отверстия разбежались паутинки трещин. Фургон завалился на левый борт и полетел по склону, переворачиваясь.

Вслед за офицером выстрелил старшина. Пуля прошила переднее правое колесо второго грузовика, и он съехал с дороги на обочину.

Колонна остановилась. Из грузовиков начали выпрыгивать фашисты. Майор в серой фуражке вышел из черного автомобиля и попал в перекрестье снайперского прицела Огаркова. Пуля снайпера пролетела 250 метров и вонзилась майору прямо над ухом.

Немецкий лейтенант присел за автомобилем, но опытный старшина застрелил его метким выстрелом, разбив два стекла вражеской машины.

А к снайперам уже бежали фашисты, стреляя по зарослям из автоматов и винтовок. Старшина поймал на мушку подбежавшего совсем близко фельдфебеля и выстрелил. Пуля попала немцу под правую ключицу, и он упал набок. Его товарищ упал на живот и открыл по позиции нашего снайпера стрельбу из автомата.

Но он оказался уязвимым для лейтенанта. Увидев, что напарнику нужна помощь, Огарков просто перевел винтовку на стреляющего фашиста и выстрелил по нижнему краю его каски. Через секунду противник упал лицом в землю.

Но противник постепенно пытался взять их в полукольцо. Выстрелив по радиаторам грузовиков еще пару раз, лейтенант понял, что пора убираться отсюда подальше…

-Уходим! – прокричал офицер товарищу, — встречаемся у развязки к северу!

Снайперы тихо ушли в заросли. Для отхода у них была заранее оговорена точка встречи…

Zampolitovich