Выстрел снайперской винтовки «разорвал» ночь на куски. Пуля пролетела 300 метров и вонзилась ничего не ожидавшему фашисту

Ивлев прибыл к командиру роты по срочному приказу.

-Сегодня только ты один заступаешь в ночное дежурство! – проговорил майор, — остальные уходят на задание, а ночи сейчас осенние, темные!

Для молодого снайпера приказ командира не был неожиданным. В последнее время вдоль линии соприкосновения с противником не было интенсивных боев, но расслабляться не стоило. Фашисты регулярно предпринимали попытки пробраться в наши расположения, с целью диверсии или захвата офицеров и похищения документов.

Сержанта Ивлева довольно часто ставили в дозор, особенно в темное время суток. Боец обладал удивительно хорошим зрением.

-Как?! – говорил ему ротный неделю назад, когда он увидел в полной темноте вражеского разведчика, ползущего по полю, — как ты его там разглядел?! Тут в пяти метрах ничего не видать!!!

Но сержант не знал, что ответить командиру. Он с самого детства великолепно видел ночью, немного хуже, чем днем, но гораздо лучше своих товарищей.

Зная эту особенность, после начала войны его сразу отправили в школу снайперов, откуда он и вернулся на фронт полгода назад.

И вот, в эту ночь Ивлев снова заступил на боевое дежурство. Ночь была лунная, но по небу, то и дело проносились темные облака.

Снайпер сидел у переднего бруствера, облокотившись спиной на ствол дерева, и смотрел исподлобья вперед, на поле высокой травы. Любимая СВМ лежала у него на коленях. Несколько раз стрелок погружался в неглубокую дремоту, но сразу, же щипал себя за бедро и просыпался.

И тут он вдруг подобрался. По спине пробежал неприятный холодок.

Что-то было не так. Ивлев поднял бинокль и посмотрел вперед. И вот, в переменчивом свете луны, снайпер заметил колебания травы. Он залез на дерево, прихватив винтовку с собой. Уже с дерева сержант рассмотрел, что по полю ползли трое вражеских разведчиков, на расстоянии 50-ти метров друг от друга.

Снайпер взял на прицел крайнего слева, который опередил товарищей на несколько десятков метров. Впереди у вражеского солдата был небольшой пригорок, и именно здесь его собирался ликвидировать стрелок.

Черные линии оптического прицела были практически не видны на фоне темного ночного поля, но снайперу и не нужно было их видеть. Он знал, где находится перекрестье и плавно навел прицел на приподнявшегося на холме фрица.

Выстрел снайперской винтовки «разорвал» ночь на куски. Пуля пролетела 300 метров и вонзилась ничего не ожидавшему фашисту прямо в шею. Двое оставшихся приникли к земле, но Ивлев точно знал их местоположение. Прицел снайпера застыл над темным местом посреди поля.

Как только второй разведчик неприятеля приподнял голову, сержант выстрелил во второй раз. Теперь пуля угодила точно в правую скулу гитлеровца, который рухнул обратно, лицом в землю.

-Ивлев! – услышал снайпер крики ротного, — что у тебя тут происходит?!

К дереву, на котором сидел стрелок, бежали красноармейцы. Снайпер прокричал:

-Там еще один, справа, по полю! – прокричал сержант, — не отвлекайте!

Но кто-то из красноармейцев начал продвигаться по полю. Снайпер ненадолго потерял третьего гитлеровца из виду, но когда тот поднялся и побежал обратно к лесу, Ивлев быстро прицелился и послал ему пулю в спину.

-Есть! – прокричал сержант, — все трое, товарищ майор!

Когда утром в поле нашли ликвидированных вражеских разведчиков, молодого снайпера представили к награде.

Zampolitovich