Особисты. По следам предателей

Случилось это в 1943-ем, когда красноармейцы освобождали Белоруссию от фашистов. Наши войска окружили небольшой городок под Гомелем и начали штурм.

-Нужно поставить отряд с южной стороны! – кричал ротному комиссар Радомеев, — это единственная сторона, с которой нет наших войск!

-Я так полагаю, ты хочешь поставить туда своих, комиссар? – улыбнулся командир роты.

Особист улыбнулся в ответ. Командир всегда четко умел проследить ход мыслей своих бойцов, а уж офицеров тем более. Комиссар рассчитывал, что именно в южную сторону будут бежать вражеские офицеры и предатели полицаи, издевавшиеся над местным народом почти два года.

-Ладно, Радомеев! – кивнул комиссар, — бери свой взвод и лови предателей! Но смотри, что без дураков! Не упусти негодяев!

И вот начался штурм города. Радомеев с бойцами лежал на довольно пологом склоне холма, поросшего молодыми кленами и березами. Наша артиллерия поливала градом снарядов пригород с северо-востока, где фашисты укрепились наиболее сильно.

Прошло около пятнадцати минут. По проселочной дороге поехал первый фургон с беглецами из города.

-Давай, Трутнев! – сжал плечо товарища комиссар.

Сзади шумела небольшая река, текущая в глубокой долине, и когда грузовик подъехал к спуску в долину, снизу «заговорили» автоматы взвода Радомеева. Фашисты выпрыгивали из машины с поднятыми руками, так как красноармейцы окружили автомобиль в считанные секунды. Те, кто попробовал поднять оружие, были тотчас застрелены.

В этом фургоне находился немецкий майор и двое лейтенантов, которые были захвачены в плен. Через несколько минут звуки штурма города прекратились – войска РККА вошли в город.

-А где же полицаи?! – проговорил риторический вопрос старшина Трутнев.

Этот вопрос особист задал на немецком вражескому майору. Тот ответил, что в городе оставалось больше двадцати полицаев.

И тогда взвод Радомеева отправился в город. Сколько не бегали бойцы по улицам, ни одного полицая так не нашли.

-Неужто вместе с фрицами полегли?! – недоумевали бойцы комиссара.

И тут, недалеко от центра города они увидели старую шахту. Капитан Радомеев справедливо решил быстро проверить штольню и взяв нескольких бойцов, отправился вниз по лестнице.

Спустившись на десяток метров под землю, особист с бойцами оказались в огромном подземном перекрестке. Каменные коридоры тянулись в две стороны, и стоять здесь можно было практически в полный рост.

-Твою ж налево… — вырвалось у капитана, — так вот, как они ушли!

Инстинктивно выбрав проход, идущий в южную сторону, они поспешили вперед. Через несколько десятков метров тоннель повернул и пошел под углом, вниз.

-Они уже могли далеко уйти! – проговорил сержант Мазур, — а если не в эту сторону, то и вовсе не догоним!

Но они не прекратили преследование. Напротив, ускорились и даже ненадолго потеряли бдительность, за что и поплатились. За очередным поворотом тоннель заканчивался резким обрывом. Резкий дневной свет ударил в глаза, и один из сержантов не удержавшись на краю, полетел вниз.

Радомеев чудом отскочил назад, и две пули предателей впились в потолок тоннеля над его головой.

Полицаи уже спустились по веревке с 10-ти метровой высоты в долину и теперь отстреливаясь, спешили к роще. Особист прополз на животе вперед, и прицелившись из винтовки в бегущего впереди всех, выстрелил.

А стрелял он метко… полицай упал, перекувыркнувшись через голову.

-Никому не двигаться! – прокричал особист, — иначе сразу бью на поражение!

Не добежав до спасительной рощи каких то 50-ят метров, полицаи встали с поднятыми руками…

Zampolitovich