До последней капли крови

-Нам их не сдержать, Соколов!!! – прокричал командир снайперского взвода, — УХОДИМ!

Снайпер прицелился в бегущего с гранатой фрица. Перекрестье прицела замерло на каске бегущего, когда он замахнулся для броска в сторону нашего танка.

Выстрел – и фашист упал со взведенной гранатой. От взрыва отбросило бегущего следом вражеского солдата.

-Уходите, товарищ капитан! – отозвался старшина, — я сразу следом за вами!

Командир побежал собирать остальных стрелков, засевших на окраине Старомихайловки.

А Вите Соколову не хотелось уходить. Вернее, может и хотелось, но не мог он оставить эту деревню без будущих угрызений совести. Здесь жила до войны его невеста Татьяна, которую в прошлом году убили фашисты… Сюда, вон в тот дом в 50-ти метрах, он ходил часто, как на праздник. И вот теперь…

Рядом разорвался, упав с громким свистом, вражеский снаряд. Снайпера осыпало комьями земли. Старшина прицелился в фашиста из первой линии вражеской атаки. До передовых было теперь не больше 200-от метров.

Палец плавно нажал на спуск и еще один немец упал на поле боя. И вот из-за танка выскочила немецкая бронемашина, с пулеметчиком на броне. Виктор прицелился быстро.

-Просто не получится, гады! – прошипел, стиснув зубы, стрелок.

Он выстрелил дважды, зафиксировав прицел над тяжелым пулеметом врага. Пулеметчик кубарем слетел с брони.

Уже практически не осталось красноармейцев на переднем рубеже нашей обороны. Снайпер бежал поближе к домам, когда в левую ногу попала вражеская пуля.

-Мммм, уууу… — простонал Соколов, упав лицом вниз.

Схватившись за левую ногу, он перекинул винтовку через плечо и похромал к деревянной стене ближайшего дома, у которой рос пышный куст шиповника.

Привалившись к стене, снайпер перетянул ногу куском оторванной полоски брючины. Через десять секунд он снова стрелял, привалившись к стене.

Он убил еще несколько вражеских солдат, которые теперь были в сотне метров от него. Бежавший впереди унтер офицер замешкался всего на секунду, и пуля старшины попала точно в орла по центру его фуражки.

Что-то жгло плечо. Снайпер повернул голову на стену и отпрянул.

-Ох мать… — выдохнул раненый стрелок.

Дом, у которого он укрылся, горел. Пламя уже подкрадывалось к стрелку, и он был вынужден сменить позицию.

Он бежал к соседнему дому. До укрытия оставалось несколько метров, когда во вторую ногу попали сразу две пули из вражеского пулемета.

-Ну вот и все… — думал снайпер ползя к укрытию, с винтовкой на спине, — теперь даже при всем желании не уйти! Буду биться до последней капли крови…

И он бился. Лежа у стены дома, он стрелял в заходящих в деревню фашистов. Оптический прицел больше был не нужен, так как до врагов было теперь меньше ста метров. Виктор отстегнул оптику и отбросил в сторону.

Глаза туманились… Накатила жуткая слабость от потери крови…Он стрелял, практически не целясь, но все равно попадал очень часто. Немцы видели его позицию, но не могли не подойти, не попасть.

Он убил еще около десятка, прежде чем его обошли со спины и застрелили снайпера…

Но имя Виктора Соколова не было забыто. Старики, укрывшиеся в погребах, видели поступок старшины и рассказали обо всем руководству, когда РККА освободили деревню.

Посмертно, Соколов был приставлен к Герою.